Люди редко помнят первые 3–4 года жизни — это детская амнезия (childhood amnesia), нормальное явление. Автор статьи однажды спросил жену о её младенческих воспоминаниях, и та растерялась. Она ничего не помнила о дедушке, который умер, когда она была совсем маленькой: знала о нём только с чужих слов, хотя всю жизнь чувствовала к нему необъяснимую привязанность. Автор загуглил и выяснил, что такое полное отсутствие памяти — не исключение, а правило.
Но сам он помнит намного больше. Его первые воспоминания относятся к возрасту 6–8 месяцев, когда семья переехала во второй дом. Он помнит, как ползал по плитке — специально на четвереньках, а не на четвереньках, потому что любил холод кафеля. Как сидел у холодильника и играл с проводами, пока отец, испугавшись, не накричал на него. Как заползал в кровать к матери, просил молока и засыпал у неё на животе. Помнит даже, когда ему впервые дали молоко в стеклянном стакане вместо пластиковой бутылочки — вкус показался другим, и его вырвало.
Автор признаёт: воспоминания могут быть ложными, его кратковременная память плоха, и он не раз ловил себя на том, что бессознательно заполняет пробелы выдумками. Но мама подтвердила: он действительно никогда не ползал на четвереньках, отец действительно отругал его за провода у холодильника, и он действительно спал у неё на животе. А о первом доме он не помнит ничего, так что отсчёт идёт примерно с полугода.
Отдельно автор вспоминает свой первый кошмар. После того как его отлучили от детской кроватки, он спал один. В тот вечер семья смотрела военный фильм на VCR — возможно, «Спасти рядового Райана». Автору приснилось, что он бежит по замку в поисках родных, зная, что они мертвы, а потом находит их ожившими в вертолёте — и они улетают, бросая его. Он проснулся в слезах и пошёл спать к родителям.
Почему он помнит так рано — загадка. Возможно, воспоминания подлинные, а возможно, мозг их додумал. В пользу реальности говорит то, что родители подтверждают детали: обстановку в доме, перестановки мебели, перестройку второго этажа. Автор допускает, что ранние эмоционально тяжёлые события — личные, о которых он не рассказывает — могли помочь закрепить остальные воспоминания.