Автор долго не мог понять, почему знакомые твердят, что литературный журнал N+1 «уже не тот». В итоге он решил проверить сам — прочитал четыре свежих номера и два старых, из 2006 и 2007 годов. Вывод: старый N+1 действительно был мощнее.
Журнал основали в 2004 году гарвардские выпускники. Долгое время он «запускал звёзд»: Элиф Батуман, Андреа Лонг Чу, Уэсли Янг публиковались там и становились известными. Сейчас этот эффект пропал. Старые редакторы (Марк Грейф, Бенджамин Кункель, Кит Гессен и другие) ушли к 2013–2015 годам. Журнал стал некоммерческой организацией с бюджетом больше миллиона долларов в год и, вероятно, не может позволить себе быть таким же раздражающе-полемичным, как раньше. Плюс выросла частота выпусков — с одного до трёх в год, а качество держать всё сложнее.
Формат у N+1 особый: эссе от первого лица, где автор рассказывает о своей жизни или работе с левых позиций. Лучший образец из современных номеров — текст Ханны Зеавин «Struggle, Unity, Struggle» про её юность в радикальном левом культе RevCom. Эссе блестяще показывает, как группа высасывала силы из активистов, не принося результата. Но другие вещи слабее. В эссе Эмили Каллачи про спор феминисток 1970-х о том, кто написал важную статью, автор так и не объяснила, о чём та статья. А текст Иман Мерсаль про сына с биполярным расстройством оказался сбивчивым — перевод с арабского, видимо, не дал возможности отредактировать.
Раздел The Intellectual Situation, где редакторы комментируют культурные тренды коллективным голосом, почти всегда отличный. Раздел рецензий тоже хорош — как, например, разбор книг о космосе в «The Martian Ideology». А вот политические обозрения слабые (например, некролог Дику Чейни — просто «он плохой», и это скучно), а художественная проза — серая и безликая, похожа на The Paris Review.
Ради сравнения автор открыл выпуск №4 за 2006 год. Там был легендарный разбор современного американского рассказа от Элиф Батуман, эссе Марка Грейфа про то, что никто не должен зарабатывать больше 100 тысяч долларов в год, и текст Бенджамина Кункеля о том, что роман как форма не менялся 150 лет — начиная с «Мадам Бовари». Каждая статья была полемичной, умной и при этом нарочито надменной. В выпуске №7 (2007) — интервью Кита Гессена с анонимным хедж-фонд-менеджером о причинах рецессии и эссе Батуман про лето в Самарканде. Оба выпуска электризовали, в отличие от современных.
Автор признаёт: N+1 всё ещё стоит читать, но той магии нет. Сейчас его нишу занял The Drift — более молодой журнал, основанный тоже выпускниками Гарварда в 2020 году. У The Drift есть полемическая энергия и желание бесить читателя высокомерными инсайтами, но нет мощных эссе от первого лица. У N+1 — наоборот. И оба журнала знают о слабостях друг друга.