Автор блога, зарабатывающий на жизнь книгами с 2009 года, описывает конец короткой эры, когда издаваться было легко, а писать всё ещё трудно. Искрой для размышлений стала история дебютного романа о нигерийских картелях. Рукопись, по слухам, вызвала войну торгов между издательствами и получила аванс в $2.4M. А затем сделка развалилась: пошли вопросы об использовании AI, стиль показался подозрительным, и происхождение текста не удалось доказать. Для автора блога это либо сломанная судьба реального писателя, либо знак, что AI-книги уже проходят профессиональных редакторов и взвинчивают ставки до небес.
Окно возможностей составило от силы десять лет — примерно с 2014-го, когда самиздат через Amazon KDP, CreateSpace и ACX перестал быть клеймом, и до 2024-го, когда инструменты AI сделали машинную прозу жизнеспособной. Теперь любой новичок, любящий тире и длинные фразы в духе Пруста, будет звучать как бот. Уже знакомые всем AI-сводки вытесняют живой поиск, а почтовые клиенты дописывают письма за агента.
Дальше, по прогнозам, издатели переживут несколько громких скандалов и начнут спокойно выпускать машинные книги, пропуская их через внутренние редакторские инструменты для «очеловечивания». Большинству читателей разница между machine-books и meat-books будет так же безразлична, как сейчас — импринт издательства. Появятся целые сообщества фанатов конкретных AI-движков, как в шахматах болеют за Stockfish или Leela. Одновременно укрепится культура «мясных» книг с доказанным авторством: их станут ценить как винил — за процесс, личность создателя и даже опечатки. Автор рисует будущее, где писатели стримят создание рукописи от первой до последней буквы, а блокчейн, возможно, впервые найдёт осмысленное применение для фиксации истории текста, прежде чем «криптобратья» займут издательское дело.
Среди всего этого хаоса важно помнить одно: если цель — радость от мышления словами, ничего не изменилось. Проблема в том, что большинство пишет не ради процесса, а ради результата — подписчиков, денег, признания. И именно здесь рождается гнев. Автор, сам уже пользующийся AI для черновых поисковых запросов и автоответов в почте, признаёт: его собственные старые тексты теперь кажутся подозрительными, но напоминает себе — это AI звучит как он, а не наоборот. Он призывает пропускать зависть к чужим контрактам и сериалам на Apple TV сквозь себя и снова садиться писать — потому что любишь. Лучшая декада в истории авторства позади, впереди эра сосуществования людей, машин, скептиков и фанатиков «живого» слова.