Урсула Ле Гуин злится. Один аргентинский рецензент написал, что она не пишет hard SF, поэтому в её книгах «технологии тщательно избегаются». Ле Гуин с этим категорически не согласна. Она объясняет, что технология — это не только компьютеры и сложные машины. Технология — это то, как общество взаимодействует с материальным миром: как люди добывают, хранят и готовят еду, как одеваются, какие используют источники энергии — животные, вода, ветер, электричество, что строят и из чего, какая у них медицина. Без описания всего этого не обходится ни одна история о будущем или об инопланетной культуре.
Дальше она жалуется, что слово «технология» постоянно используют неправильно, будто это синоним «hi tech». На самом деле «Technology» и «hi tech» — не одно и то же. Мы привыкли к тому, что вокруг нас сплошной технический прогресс, и перестали замечать простые вещи. Лён — это не льняное полотно, бумага, чернила, колёса, ножи, часы, стулья и таблетки аспирина не выросли на деревьях. А ведь чтобы сделать даже «простой» предмет, нужна немалая технология. Если вы зажигали огонь без спичек, вы понимаете, насколько это непросто. А если зажигали со спичками — стоит уважать это выдающееся hi-tech изобретение.
Ле Гуин признаётся: она не умеет собрать холодильник или запрограммировать компьютер. Но и рыболовный крючок, и пару ботинок она тоже сделать не сможет. Зато всему этому можно научиться. В этом и суть технологий — это то, что мы можем научиться делать.
Поэтому любая настоящая научная фантастика технологична, даже если написана людьми, которые не понимают значения этого слова. Что касается себя: Ле Гуин согласна с рецензентом, что она не пишет hard science fiction. Может быть, она пишет «лёгкую» научную фантастику. Или, возможно, «жёсткое» спрятано внутри, как кости, а не снаружи, как экзоскелет.