Нил Стивенсон во время перерыва в книжном туре посетил Collection of Historical Scientific Instruments в Гарвардском университете по приглашению её исполнительного директора Джошуа Гормана. Писатель интересуется необычными старинными приборами, а в этот раз у визита была дополнительная связь с его романом D: Heavy Water.
В коллекции хранится урановый куб, связанный с немецкой попыткой построить ядерный реактор во время Второй мировой войны. Немецкие исследователи собирали конструкцию из таких кубов, напоминающую люстру, и опускали её в резервуар с тяжёлой водой. После войны часть кубов попала на европейский чёрный рынок, а затем оказалась у учёных и коллекционеров. Гарвардский экземпляр выглядит чёрным из-за окисленного внешнего слоя.
Стивенсон отмечает, что это природный, а не обогащённый уран: соотношение U238 и U235 в нём соответствует обычным природным образцам. Главное физическое впечатление от предмета — исключительно высокая плотность. Писатель не сообщает дополнительных измерений радиоактивности или истории конкретного владельца.
Общий принцип немецкого проекта напоминал более успешный реактор Энрико Ферми и коллег, построенный на площадке для сквоша в Чикагском университете. Для работы на природном уране требовалось разместить достаточное количество материала рядом, перемежая его замедлителями нейтронов — чистым графитом или тяжёлой водой. По объяснению Стивенсона, немецкой команде просто не хватило необходимых материалов, чтобы добиться работающей конфигурации.
Второй показанный экспонат — Koenig Analyzer для разложения акустических волн на составляющие частоты. В сохранившемся устройстве не хватает части элементов. Вертикальный ряд из восьми сопел распределяет горючий газ по латунным сферам-резонаторам, настроенным на разные частоты; двух сфер нет. Когда на все резонаторы воздействовал один звук, сила отклика различалась, а размер газовых пламен делал её видимой.
Рукоятка вращала устройство, известное как зеркало Уитстона и первоначально закрытое зеркалами. Стивенсон честно признаёт, что не понимает принцип его работы именно здесь. По его описанию, наблюдение через вращающееся зеркало позволяло получить сведения об относительной величине пламен, неочевидные при прямом взгляде.
Анализатор наглядно демонстрировал известное свойство периодических сигналов: сложная волна состоит из наложенных частот. Писатель связывает прибор со своими предыдущими публикациями об акустике аббате Зефирене Каррьере. Заметка представляет собой личный рассказ о двух экспонатах, а не полный обзор гарвардской коллекции.