Писатель Эдвард Абель Смит рассказал, как случайно обнаружил в Национальном архиве дело Робина Гарбатта, отбывающего пожизненный срок за убийство жены Дианы. В 2010 году она была найдена мёртвой над почтовым отделением, которое супруги держали в деревне Мелсонби. Робин утверждал, что произошло вооружённое ограбление, но очевидцев налёта не нашлось, а состояние тела указывало на более раннюю смерть. Присяжные признали его виновным большинством — десять голосов из двенадцати.
Сначала Смит воспринимал обвинительный приговор как убедительный. Затем он обнаружил сайт сторонников Робина, среди которых были родственники, друзья и многие жители деревни. Началась переписка, потом встреча в тюрьме и регулярные телефонные разговоры. Робин разрешал спрашивать о чём угодно и обещал не убеждать автора в своей невиновности. Смит признаётся, что быстро почувствовал симпатию, но постоянно опасался манипуляции.
Материалы нескольких обращений в Criminal Cases Review Commission заставили его иначе взглянуть на доказательства. Финансовый мотив основывался на предполагаемых хищениях из почты, однако позднее раскрытые записи показали обычные для отделения расходы. Отдельный скандал с ненадёжной системой Horizon не оправдывает Робина сам по себе, но, по мнению автора, требует осторожности с финансовыми данными.
Первоначальная оценка времени смерти по содержимому желудка была оспорена независимым патологоанатомом. Один знакомый утверждал, что слышал женский голос из квартиры утром, позже указанного обвинением интервала. Между удалённым открытием сейфа и экстренным вызовом прошло лишь 79 секунд; специалисты считали описанную Робином последовательность действий возможной, хотя очень тесной по времени.
В материалах обнаружились и другие проблемы: телевизионная запись противоречила версии о том, когда у стены появился металлический прут, а ДНК полицейского нашли на орудии и на месте преступления. ДНК Робина на пруте не было. Следствие также перемещало предметы и потеряло вещественное доказательство. CCRC признавала значимость отдельных доводов, но три обращения отклонила; четвёртое к моменту публикации рассматривалось уже два года.
Робин передал автору свою единственную копию обширного архива. Смит нашёл непроверенные показания и сообщения о возможных альтернативных подозреваемых, но они усложнили картину, а не установили истину. Его эссе посвящено не только сомнениям в приговоре, но и противоречивой дружбе с человеком, чью вину он так и не смог ни доказать, ни исключить.