Венгрия открыла общественный доступ к части архивов государственной безопасности коммунистического периода. По оценкам, в опубликованных документах содержатся имена от 50 до 60 тысяч бывших информаторов. Решение стало результатом сентябрьского законопроекта премьера Петера Мадьяра, предусмотревшего неограниченный публичный доступ к таким записям впервые после демократического перехода 1990 года.
Закон охватывает четыре вида документов до 1990 года; три категории стали доступны в среду. Среди них регистрационные карты участников сети, реестр вербовок 1957–1962 годов и база личных данных с кодовыми именами. Во втором пакете, ожидаемом в феврале, появятся более подробные материалы примерно о девяти тысячах информаторов. Правительство также обещает горячие линии с психологической поддержкой для семей, столкнувшихся с тяжёлыми сведениями.
По оценкам, за четыре десятилетия однопартийного правления с 1949 по 1989 год спецслужбы использовали около 150 тысяч агентов. Они следили за настроением общества и могли сообщать о коллегах, друзьях и родственниках; вербовка нередко происходила под давлением. При этом известны имена лишь около трети, а содержательная информация сохранилась примерно о 10%. Многие документы исчезли в 1956 году и во время смены режима. В архиве остаются около десяти тысяч дел на сотни тысяч страниц.
Руководитель архива подчеркнул, что содержимое записей не обязательно достоверно и определённо неполно. Историк Ласло Эрши также предостерёг от автоматических обвинений по одному имени в реестре: известны случаи, когда завербованный человек ничего не сообщал или даже рисковал, противодействуя властям.
Споры об архивах велись десятилетиями. В 2002 году скандал вокруг премьера Петера Медьеши и его работы на спецслужбы привёл к новым требованиям прозрачности. Закон 2003 года позволил людям, за которыми следили, узнать имена сообщавших на них. Новое раскрытие расширяет доступ уже для всего общества.
Мадьяр назвал открытие исполнением обещания смены режима 36 лет спустя и попросил относиться к публикации с достоинством и человечностью. Таким образом, архивы дают новый материал для изучения репрессивной системы, но требуют осторожной исторической интерпретации, а не поспешных выводов о каждом упомянутом человеке.